Дух Дома Крамера 1875-2015

Крамер – это прежде всего история, которая длится уже 140 лет. У Крамеров мы не в торговом доме, не в художественной галерее - мы у них. Не говорим ли мы, что идем «к Крамерам», так что ваш собеседник даже не знает, с кем из семьи вы встречаетесь, - настолько они единое целое? Да и между официальными апартаментами и жилыми покоями у них нет различия. Так было заведено в так называемых городских поместьях, расположенных в районе Монсо, в те времена, когда братья Перейр посоветовали Камондо там обосноваться.

Здесь, по адресу 43 рю де Монсо, находится особняк Крамеров – этот футляр, который стоит своей драгоценности; но как только она почувствует свободу и покинет его, вы испытываете радость: она будет жить своей жизнью и обретет новый блеск. Здесь вас принимает семья, и только семья, кто-то из Крамеров. Для Оливье, Лорана, Микаэля, Сандры и Алена прием – это уже дух Дома. Тот, кто хотел бы определить этот дух в полной мере, должен вспомнить строгость отбора объектов, определенный вкус к характерно французскому видению мира в период между 1680 и 1790 годами, склонность к оригинальности, а также к раритетности, которой она непременно отмечена. Из-за того, что им удается мало что приобретать на распродажах, скорее у частных владельцев, для чего приходится колесить по всей Европе или США, их мебель редко появляется на рынке.

Вы звоните, тяжелая дверь открывается перед вами, даже если вы не назначили встречи, хотя этот адрес известен не всем. Всего лишь дощечка на фасаде, буквы которой складываются в имя – и это все, ничто другое не выгравировано на ней и не бросается в глаза. Однако вопреки всем ожиданиям галерея открыта для всех. И профессионал, и любитель знает, что будет принят. Нужен определенный опыт, чтобы вращаться среди опытных людей, особенно когда они держатся на достаточном расстоянии, чтобы представить себя как «маршан старинной роскошью». Эти антиквары настолько одержимы династическими чувствами, что хотят убедиться в постоянном присутствии семьи владельца в его доме, в окружении его мебели вплоть до всех ее мельчайших деталей и готовы вытащить из ножен свою отвертку и карманный фонарик, чтобы убедиться, что все в ней, до мельчайшей чеканной позолоченной бронзовой накладки действительно принадлежит эпохе и не подверглось ущербу за счет неудачного ремонта.

Тут уместна сдержанность, а не скрытность. Здесь не стремятся к медиатизации и всегда предпочитают личный контакт.

Даже их web-сайт поддерживает эту ориентацию: его дизайн напоминает элегантную визитную карточку и демонстрирует только шедевры, которые отправились из галереи прямо в музеи. Себя не переделать! Тут все приглушено, вплоть до разговоров. Ты чувствуешь себя здесь вдали от светского шума. Даже их знания, опыт, эрудиция - основа компетенции в этой области, исключают любое выставление напоказ. Здесь не комментируют мебель, здесь ее ласкают, задают ей вопросы, в ней сомневаются, а затем ободряют, чтоб как можно лучше представить. Попробуйте объяснить харизму лакированного комода, который кажется бездушным, но который столько скажет тому, кто научится слушать!

В галерее Крамера раритетная мебель - это семейная история. С блеском в глазах вспоминают здесь письменный стол Марии-Антуанетты из Малого Трианона, барометры короля и дофина, стулья Мадам дю Барри, фарфоровую вазу, которая отныне в Лувре, какое-нибудь незабываемое маркетри или шкаф Буля, нашедший себе место в Метрополитен-музее, - все эти вещи прошли через их руки. Можно понять поколения престижных клиентов, которые были так чувствительны к этим произведениям - Ротшильды, Камондо и Кастелланы в былые времена, позже Генри Форд младший, Кристиан Диор, Пол Гетти и, ближе к нашим временам, семья Аньелли, Джеки Кеннеди или Карл Лагерфельд.

У Крамеров

Это место успокаивает вас своим комфортом и достаточной уединенностью, создающей у посетителя впечатление, что он вдали от мира и находится в садах XVIII века, подвешенных между улицей и парком. Но и его коснулись страшные потрясения века: ограбленный во время нацистской оккупации Франции Раймон Крамер с помощью своего юного сына Филиппа должен был начать с нуля по окончании войны и боролся многие годы, прежде чем воссоздал фонд высокого антиквариата и вновь стать лидером в своей области.

Дом Крамера - одна из тех редких парижских галерей, которая имеет давние доверительные отношения с музеями и сохраняет достаточные привилегии для того, чтобы те приобретали у него предметы искусства безо всякого сомнения в их подлинности, а потом соглашались одалживать на выставки, так как хранители музеев знают, что эти антиквары всегда были требовательны к произведениям искусства. С другой стороны, галерея может гордиться тем, что имеет мебель и произведения искусства музейного качества, - выражение, которое не содержит ни малейшего хвастовства и вполне обосновано, потому что заслужено и приобретено, лишь пройдя испытания временем.

Как можно датировать мебель, произведения искусства, гобелены, картины эпохи без того, чтобы они не показались вышедшими из моды? Загадка, которую должен открыть дух этих мест, явление тем более ценное, что оно необъяснимо. Точно так же, может ли кто-нибудь объяснить, почему раритет почти всегда прекрасен? Дело в том, что само поступление от Крамеров служит обеспечением подлинности. Эта семья получила в наследство ценный профессиональный опыт и знания. Солидарность поколений, невидимое наследие прадеда, завещанное правнукам, которых он никогда не видел, определяется верностью некоторой традиции: если ты получаешь, ты берешь на себя обязательства сохранить, прославить и передать.

Сто сорок лет прошли с тех пор, как Люсьен Крамер обосновался в Париже сразу после отъезда из своего родного Эльзаса, оккупированного пруссаками. Старейший счет, который хранится в архивах Дома, выписан на имя барона Гюстава де Ротшильда и датирован 1895 годом. За это время критерии оценки (подлинность, раритетность, оригинальность, привлекательность, красота), передававшиеся годами вплоть до шестого поколения, нынешнего молодого хранителя Дома, ничуть не изменились, как и радость от найденных произведений искусства. Сегодня молодые любители могут без колебаний включить отзвуки XVIII века в любой современный дизайн. Убежденные в правомерности такого смешения Крамеры поощряют его в самих стенах своей экспозиции: не покрыты ли некоторые из их деревянных настенных панелей блестящей стальной краской под гоночный автомобиль марки Порше?

На верхних этажах повсюду чувствуется безмолвное присутствие крупнейших мастеров-краснодеревщиков, потому что через них прошли их создания или просто потому, что они всегда были здесь, - Буль и Ризенер, Эбен и Вейсвелер, Крессан и Карлен и многие другие.

В любой день вы можете встретить здесь хранителей музеев, искушенных любителей и клиентов, историков искусства, журналистов, декораторов, архитекторов интерьера, дизайнеров… Все они с давних пор завсегдатаи «у Крамеров». Они знают дорогу сюда. Они уверены, что найдут здесь самый широкий выбор лучшей мебели и произведений искусства XVIII века. Им известно: существует то, что можно показать, и то, о чем можно только догадаться, так как предлагаемый самой старой семейной галереей Парижа выбор действительно впечатляет. Кто знает, может быть, однажды дорога приведет и вас к дому 43 по рю де Монсо и вам, возможно, посчастливится увидеть невидимое…

Пьер Асулин, писатель

За прошедшие более чем сто лет огромное количество мебели и произведений искусства XVIII века прошло через галерею Крамер. Некоторые из них украшают сегодня коллекции крупнейших музеев Европы и США: